Петр ДЕЙНИЧЕНКО

XXI век: история не кончается.   
Часть третья. Сколько полюсов у мира?

[Все книги] [Главная] [Новости] [Вокруг текстов: блог]
1.Будущее, которое никогда не наступит
Пространство выбора
Почему ошибаются пророки
Теория, мелочи и случайности
Мир циклов
Принцип поколений
Существует ли прогресс?
Дом с прозрачными стенами
Апокалипсис – сегодня!
На пороге

2.Тупики и пропасти
Когда погода портится
Тепло или холод
Парниковый эффект
Земля становится меньше
"Человеческий фактор"
"Русский крест": пионеры депопуляции
Когда кончаются запасы
Царь-голод
Век болезней и старости?
Возвращение чумы
Живите долго!
Судьба безумных идей
Неведомые технологии
Зачем машине мыслить?
Живые машины
Пришейте мне новые уши...
Боги и демоны
Искусственные миры
(только off-line)
Выжить на краю бездны
Цена спасения
После Бога

3.Сколько полюсов у мира?
Разделенное человечество
Интересы и идеалы
Конец стабильности и "век капитализма"
Виртуальная политика
(только off-line)
Подъем или спад?
Свет с Востока или "желтая опасность"?
Учить ли китайский?
Усталые тигры
Закат Запада
Прощание с Европой
Америка – латинская?
Горячие точки
Беспокойный век
(только off-line)
Неустойчивая Европа
Исламский фактор
Пылающий континент
Заледенелый конфликт
Бесконечная война
Время боевиков
Битвы за мировое господство
Чем воевать?
Война как шоу и игра
Мишура повседневности
Мир—город
Иероглифы мысли
Этот ненужный космос
Оторваться от Земли
Пыльные тропинки

Вероятное и невероятное
Немного мужества и удачи
Будущее – это кошмар
"Все просто замечательно!"
"Кое-как справляемся..."
Приложение
Вехи грядущего века

Заключение



  • Нанотехнологии в военных целях
  • Боевые роботы
  • Ракетные войска стратегического назначения
  • Ядерное оружие России
  • "Нелетальное" оружие: новые разработки

Примечания

1.Krepinevich A., Kosiak S. Smarter Bombs, Fewer Nukes... The Bulletin of Atomic Scientists, vol. 54, no. 6, Nov/Dec 1998.
2.Williamson Murray. Drifting into the Next Century: the USAF and Air Power. Strategic Review, Summer 1999.


Rambler's Top100

Бесконечная война

Чем воевать?

Стремление уморить как можно больше людей максимально экономичным способом – предмет постоянной заботы военных ученых. Не надо упрекать их в этом. Практически все существующие военные доктрины исходят из того, что противника надо уничтожать, а иначе войну никак не выиграть. Очевидно, в умах военных теоретиков по-прежнему фигурируют многочисленные армии, противостоящие друг другу на поле боя – если только они не предполагают массовое уничтожение гражданских лиц. И то, и другое, скорее всего, навеяно опытом прошлых войн, и, как показывает практика, не приносит большого эффекта (если не считать таковым взаимное ожесточение противоборствующих сторон). Тем не менее, главное место в арсеналах большинства стран в первой половине будущего века будут занимать различные типы оружия массового уничтожения и средства его доставки.

Химическое оружие и в первые десятилетия следующего века останется «атомной бомбой для бедных»: производить и применять его очень легко (хотя нельзя сказать, что технологии доступны всем и каждому), проконтролировать производство и распространение – очень непросто. Эффективность его боевого применения вызывает большие сомнения – во всяком случае, в ирано-иракском конфликте оно так и не сыграло большой роли, - а вот политические последствия всякий раз очень серьезные. И химическое, и биологическое оружие остаются прежде всего средством уничтожения мирного населения, и более вероятно их применение в ходе этнических конфликтов и войн между развивающимися странами. Говоря о биологическом оружии, отметим, что особое внимание уделяется так называемому оружию избирательного действия, которое поражало бы живую силу по этническому (помните английскую потовую лихорадку?) или расовому признаку . Успехи генной инженерии и достижения в расшифровке ДНК человека делают такое оружие все более вероятным. (Советский Союз призвал к запрету на подобные разработки еще в 1976 г., однако это не значит, что они у нас не велись). Впрочем, должная психологическая обработка в сочетании с "поясом шахида", "калашниковым" или любым холодным оружием дают не менее эффективный результат, а с экономической точки зрения куда дешевле.


Футурологи и военные эксперты предрекают, что в XXI веке вооруженные силы ожидают не менее глубокие перемены, чем переход от кавалерии к танкам и от парусов к паровой машине. Об одном из качественно новых типов оружия – «радиочастотном» (по существу, лучевом электромагнитном оружии) мы уже упоминали. Если верить сообщениям в прессе, различным образом модулированные электромагнитные импульсы частотой от нескольких герц до сотен гигагерц приводят к разрушению нервных синапсов. Подобные излучатели можно применять не только против людей, но и (даже прежде всего) против вражеской электроники. Американцы разрабатывают импульсное и микроволновое оружие, способное погубить как вражескую электронику, так и личный состав.

Еще одна разработка – электромагнитное автоматическое оружие без движущихся частей с потрясающей скорострельностью – более 10 тысяч вы-стрелов в минуту. Говорят, опытный образец (созданный, как водится, каким-то самоучкой из Австралии, который и в армии не служил) уже испытан на полигоне и совершенно поразил воображение военных чинов.

Не устают совершенствовать и обычные вооружения. Американцы активно разрабатывают различные высокоточные ракеты, а также гиперзвуковые ракеты, способные эффективно поражать быстро движущиеся цели и подземные объекты. Возможно, их боеголовки будут начинять взрывчаткой нового поколения, мощность которой на единицу веса в 4 - 5 раз больше, чем у обычных взрывчатых веществ.

В военных лабораториях активно ведутся разработки и так называемого «несмертоносного» оружия, которое не убивает человека, но лишает его всякой способности к активным действиям. Надо сказать, что подобные средства известны ученым довольно давно, но военные не относились к ним всерьез, исходя из того, что враг должен быть уничтожен. Смысл же этих новых видов оружия в том, чтобы остановить противника, не убивая его. Уже разрабатываются средства, позволяющие обезвредить самые разные военные машины, не убивая управляющих ими людей. Какой прок от танка, если у него глохнет двигатель и выходит из строя оптика?

И все же сфера применения такого «гуманного» оружия выглядит достаточно ограниченной. Конечно, инфразвуковые генераторы могут рассеять агрессивную толпу – людей охватит беспричинный страх, приступы поноса и рвоты. Но рано или поздно генераторы придется выключить. С их помощью можно остановить вражескую атаку – но потом придется переходить в наступление... Как показали испытания подобных генераторов во Франции, все эффекты – тошнота, потеря ориентации и «медвежья болезнь» -- исчезают сразу же после их отключения. Спрашивается, что делать потом с солдатами противника? Теоретически, конечно, можно вообразить, что облаченные в защитные костюмы солдаты собирают деморализованных пленных при включенных генераторах, но куда более вероятно, что высокоточная ракета, пущенная с большого расстояния, уничтожит установку, и люди снова окажутся лицом к лицу. Во время ирано-иракской войны фанатично настроенных солдат не останавливали даже совершенно смертоносные сплошные минные поля и газовые атаки... Поэтому вряд ли инфразвуковые генераторы найдут широкое применение на поле боя.

Столь же ограниченным видится применение усыпляющих газов (первый опыт их массированного применения в ходе операции по освобождению заложников на Дубровке в Москве оказался печальным), а вот световое оружие, ослепляющее противника, кажется более эффективным. Но его никак не назовешь гуманным – люди могут надолго потерять зрение или во-все стать инвалидами.

Ученые разрабатывают и технологии ведения войны, которые вообще не затрагивают людей. Известны, например, вещества, практически полностью уничтожающие силы трения. Распылите их над аэродромом – и он надолго будет выведен из строя. Диверсанты могут вывести из строя участки дорог, мосты, даже лестницы и технологическое оборудование. Другие химикаты, напротив, намертво склеивают вещи между собой и могут вывести из строя двигатель или движущиеся части оружия. Существуют жидкости, делающие металлы хрупкими. Достаточно нанести такую жидкость с помощью баллончика или маркера на металлические конструкции – например, на опоры моста – и они станут хрупкими как стекло....

Но вершиной «гуманной» войны, конечно, могут стать боевые действия с помощью роботов. Автоматы будут или воевать сами, или операторы будут управлять ими на расстоянии. Специалисты полагают, что роботы могут не только управлять боевыми машинами. Они могут собирать разведданные, обнаруживать цели, выводить из строя вражеские средства слежения, ремонтировать оборудование, дезактивировать зараженную местность, ставить мины и находить их – и это далеко не предел. Есть, однако, одна этическая проблема: имеет ли право такой робот-убийца отдавать приказы людям? И обязаны ли люди их выполнять? Вопросы эти вовсе не кажутся схоластическими.

Еще в ходе первой войны в Персидском заливе антииракская коалиция применяла в основном беспилотные аппараты и суда с дистанционным управлением, то сейчас по всему миру разрабатываются куда более сложные системы. Беспилотные вооруженные летательные аппараты могут долгое время парить над полем боя и не только передавать разведывательную информацию, но и успешно атаковать противника. Стремление насытить поля будущих сражений всевозможной электроникой – не самоцель. Это позволит совершенно изменить характер боя, поскольку все солдаты в любой момент будут знать обо всех действиях своих товарищей.

Ведутся разработки, которые позволят человеку управлять военной техникой вообще «без рук»: электрические поля мозга могут воздействовать на систему управления самолетом или боевой машиной непосредственно. Теоретически пилот или водитель могут вообще находится в совершенно безопасном месте. А миниатюрные «насекомовидные» аппараты, внешне неотличимые от стрекозы, муравья или крупного жука, смогут бесшумно проникать в помещения и вести слежку или совершать диверсии. Эти микромашины пока существуют лишь в опытных экземплярах и достаточно примитивны – но на эти проекты в США в общей сложности выделено более 50 млн. долларов.

В Научно-исследовательской лаборатории ВМС США уже работают над «нюхающими самолетами» – небольшими аппаратами, которые будут пролетать низко над полем боя и постоянно проверять, нет ли в воздухе следов биологиче-ского оружия. Управляют ими точно так же как игрушечными радиоуправляе-мыми самолетиками.

Есть и более примечательные разработки. Например, «дальнобойный обзорный снаряд», созданный в Массачусетском технологическом институте. Этот самолетик размером со стрекозу – когда расправляет крылья. Однако в воздухе он оказывается лишь после того, как его вложат (со сложенными крыльями) в артиллерийский снаряд и произведут выстрел (испытания, проведенные прошлым летом, показали, что аппарат прекрасно выдерживает возникающие при этом перегрузки). Финансирует все эти работы Агентство передовых исследовательских проектов в области обороны (DARPA).

Роботы следуют тем же путем – они становятся все меньше и меньше и нисколько не похожи на тех, о которых писали фантасты. К сожалению, время оставило далеко позади образ дружелюбного человекоподобного робота, который готов взять на себя работу по дому. Кажется, роботам в ближайшее время не придется заниматься стиркой. И похожи они будут на все что угодно, только не на людей.

Так, Эфраим Гарсия и Майкл Гольдфарб из Университета Вандербильта создали крошечные устройства, напоминающие летающих и ползающих насекомых. Они способны незаметно перебраться через минное поле или проникнуть в здание, захваченное террористами. Оборудованные соответствующими средствами наблюдения, они станут очень маленькими шпионами, которых практически невозможно обнаружить: попробуйте уничтожить всех тараканов и муравьев в доме.

Еще один проект, который финансирует агентство – так называемый «автономный наблюдатель» – крошечный, способный передвигаться робот. Сейчас над ним работают в Стэнфорде. Это устройство способно 24 часа неустанно следить за конкретным человеком – в том случае, если объект остается внутри одного здания. Более широкие возможности даст ему взаимодействие с Глобальной системой позиционирования (GPS).

Говорить об успехе пока рано, но ученые уже задумываются о следующем шаге – нанотехнологиях. Специалисты предрекают появление уже в самое ближайшее время так называемой «умной пыли», по сравнению с которой даже самые крошечные из существующих машин покажутся неуклюжими и несложными. Наномашины, по сравнению с которыми микромашины кажутся неуклюжими гигантами, способны будут проникать в человеческий организм или манипулировать отдельными молекулами. Очень вероятно, что уже через 25 – 30 лет такие аппараты смогут воспроизводить себя сами (то есть, размножаться). Иными словами, в мире появятся автономные микроскопические боевые машины, способные к размножению. К счастью, малый размер не позволит сделать их очень сообразительными.

Иное дело – более крупные автономные аппараты, настоящие боевые роботы. Разработкой таких систем занимаются очень активно. В самом деле, самое слабое звено во всех этих беспилотных аппаратах – дистанционное управление. Почему бы не предоставить машине возможность принимать решение самостоятельно – тем более, что она все равно сделает это быстрее, -- и отдавать приказы в случае необходимости? Такие роботы должны уметь учиться на собственном опыте. Кроме того, эти машины могли бы постоянно обмениваться между собой данными и вести себя как элементы одной системы. (Одной из первых попыток создать такую систему была американская программа СОИ – Стратегической оборонной инициативы, - которая в некотором смысле должна была действовать автономно). Около пятнадцати лет назад Пентагон начал исследовательскую программу, целью которой должно стать появление группы самостоятельно передвигающихся боевых роботов, действующих в постоянном «общении». (Заметим, что эти роботы мало напоминают по-настоящему автономных «механических жуков» Тилдена и Хасслахера, речь о которых пойдет ниже).

Превратятся ли эти образцы в реальное оружие? Как ни цинично это звучит, но все будет зависеть от их стоимости. Если роботы окажутся дороже обычного подготовленного солдата, они никогда не появятся на поле боя.


Военные и политики пока не знают, как скажется новая технологическая революция на характере войны. В начале XX века пулемет и двигатель внутрен-него сгорания привели к отказу от кавалерии и появлению бронетехники, радио изменило всю систему управления войсками на поле боя и характер их взаимо-действия, а возникновение авиации привело к появлению нового способа войны – стратегических массированных бомбардировок. Ядерное оружие заставило военных теоретиков переосмыслить цену войны и ее цели.

Нынешние перемены в военном деле прежде всего связаны с информационными технологиями. Те, кто располагает ими, способны обнаруживать и поражать значительно большее число целей одновременно на большой территории и в течение длительного времени. При этом цели поражаются значительно точнее, что практически исключает возможность их восстановления. Эта революция в военной технике на деле значит, что ядерное оружие потеряло преимущество перед обычными вооружениями. До недавнего времени ядерные боеголовки должны были прежде всего обеспечить уничтожение командных пунктов и ракетных установок противника с тем, чтобы не допустить ответного удара – или, по меньшей мере, ограничить его масштаб. Недостаточная точ-ность компенсировалась избыточной мощностью. Но если ракетный комплекс спокойно могут вывести из строя какие-нибудь две-три механических «крысы», а все попытки его восстановить будут пресечены точечными ударами... К чему тогда огромные арсеналы, если неядерное высокоточное оружие способно нанести противнику столь же значительный ущерб, что и полноценный ядерный удар?

Разумеется, эти соображения не привели к немедленному ядерному разоружению. Напротив, оно идет очень туго. Недавно «ядерный клуб» пополнили Пакистан и Северная Корея, есть подозрения в отношении еще нескольких стран. Попытки огра-ничить распространение ядерного оружия пока привели лишь к ограниченным успехам. Более того, в обществе отношение к ядерному оружию меняется прямо в противоположную сторону. Никто больше не устраивает демонстраций против атомной бомбы, никто не кричит о грозящей катастрофе. В середине октября 1999 г. сенат США отказался подписать договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний. Мы, конечно, назовем это происками американской военщины, но и у нас в стране противников такого договора хватало – и не только среди политических радикалов. Кажется, чем больше стран объявляют себя ядерны-ми, тем легче привыкаем мы к мысли, что атомная война – пусть ограниченная – все же допустима. Многие военные в ядерных странах сегодня готовы согласиться с американским футурологом Г. Каном в том, такую войну можно не только вести, но и выигрывать. В 1980 г., когда он впервые сформулировал эту мысль, она казалась безумием. С политической точки зрения она и сейчас представляется безумием – но безумием, так сказать, меньшим, чем господствовавшая в течение многих лет в США и СССР и подтвержденная международными договорами доктрина гарантированного взаимного уничтожения. Парадоксально, но не исключено, что допустимыми ядерные взрывы стали казаться после Чернобыльской катаст-рофы – должно быть, последствия ее выглядели недостаточно страшными.

Такой поворот стал возможен, когда военным физикам удалось «обойти» главное, что удерживало ядерные страны от боевого применения своих арсеналов, - ужасающую разрушительную мощь ядерных взрывов. Компактные и относительно маломощные атомные бомбочки, при взрыве которых образуется сравнительно немного долгоживущих изотопов, но сразу после взрыва радиация настолько велика, что убивает людей и в убежищах – это ли не мечта? Лучше меньше, да лучше, как говорил великий Ленин. Ведущие ядерные страны оставили другим претендентам на ядерный зонтик (или большую дубинку, если хо-тите) право истощать силы в атомной гонке – конечно, под пристальным международным контролем, – а сами, между тем, получили ядерное оружие нового поколения, воспользоваться которым могут без катастрофических для себя последствий. Но, разумеется, не друг против друга – в этом случае старые правила игры остаются в силе.

И все же высокие технологии начинают менять сложившиеся представления о войне. Американские военные теоретики Эндрью Крепиневич и Стивен Козьяк предполагают, что в уже в первой трети XXI века вооруженные силы США откажутся от сегодняшней классической стратегической триады (стратегические ракеты наземного базирования, атомные подводные ракетоносцы и стратегическая авиация).1 Несмотря на сосредоточенную в ней огромную разрушительную мощь, она слишком дорога и неповоротлива, а современные технологии и международные соглашения лишили ее решающего преимущества – возможности внезапно нанести первый удар. Ее сменит новая стратегическая триада, в которую войдут межконтинентальные высокоточные ракеты с неядерными боеголовками; средства электронного удара в виде компьютерных вирусов, «логических бомб», микроволновых излучателей и электромагнитного оружия; а также обновленные ядерные силы. Эти силы будут связаны в единую систему на базе орбитальных и воздушных информационных центров – спутников, самолетов и других летательных аппаратов, - и наземных средств слежения. Некоторые из них будут работать в автоматическом режиме, на других будет размещено оружие. Информация от них будет поступать непосредственно к высокоточным межконтинентальным ракетам, и очень может быть, что в этой структуре не будет пресловутой «ядерной кнопки». Поскольку неядерный стратегический удар будет куда более избирательным, он не повлечет за собой ужасающего числа жертв, которые неизбежны даже при самой ограниченной ядерной атаке. Одновременно, отмечают американские эксперты, такая система снижает возможность ответного ядерного удара. Тем не менее, ядерные силы останутся средством «гарантированного уничтожения» и по-прежнему будут являться последним доводом.

Говорить о том, что война примет совершенно иной облик уже послезавтра пока рано. Ресурсы даже самых богатых стран не беспредельны, и путь от новых разработок до массового производства довольно далек. Изменить картину могла бы крупномасштабная война, требующая напряжения всех сил, но где, когда и из-за чего она может начаться, предположить сейчас совершенно невозможно. А до тех пор военные предпочитают полагаться на проверенные средства. Так, из доклада, подготовленного штабом ВВС США в марте 1999 г.2 , следует, что стратегические бомбардировщики В-52 «обладают уникальными боевыми качествами», а потому останутся в строю вплоть до 2044 г. – самому молодому из них тогда стукнет 81 год, и пилотировать его вполне смогут правнуки пилотов первого экипажа. Более того, разработки самолета, которому предстоит заменить другой стратегический бомбардировщик, В-2, начнутся не ранее 2013 г., с тем, чтобы принять его на вооружение к 2037 г. В нашей стране дело обстоит сходным образом - мы лелеем стратегические бомбардировщики Ту-160, а в октябре 2003 с помпой вернули на боевое дежурство стратегические ракеты "Стилет" - разработку, вообще-то говоря, тридцатилетней давности. Похоже, что в будущих войнах солдатам и впрямь придется воевать оружием прошлого века.

Сегодня многим кажется, что высокие технологии могут сделать войну более гуманной – но ничуть. Будущая полномасштабная война между государствами, если она все же разразится, будет столь же долгой и кровавой, что и предыдущие, если люди сочтут, что она того стоит. Она действительно начнется со скоротечной «высокотехнологичной фазы», которая и в самом деле чем-то будет напоминать компьютерную игру. Но когда игра будет сыграна – неважно, с каким счетом – боевые действия могут перейти к фазе низкотехнологичной, где решающее слово останется за пулями и штыками. Войны ведут не государства, а люди, и до тех пор, пока они будут считать, что цель оправдывает средства, угроза войны останется реальной.



НАЧАЛО
©Петр Дейниченко,
2000, 2003, 2009