Петр ДЕЙНИЧЕНКО

XXI век: история не кончается.   
Часть третья. Сколько полюсов у мира?

[Все книги] [Главная] [Новости] [Вокруг текстов: блог]
1.Будущее, которое никогда не наступит
Пространство выбора
Почему ошибаются пророки
Теория, мелочи и случайности
Мир циклов
Принцип поколений
Существует ли прогресс?
Дом с прозрачными стенами
Апокалипсис – сегодня!
На пороге

2.Тупики и пропасти
Когда погода портится
Тепло или холод
Парниковый эффект
Земля становится меньше
"Человеческий фактор"
"Русский крест": пионеры депопуляции
Когда кончаются запасы
Царь-голод
Век болезней и старости?
Возвращение чумы
Живите долго!
Судьба безумных идей
Неведомые технологии
Зачем машине мыслить?
Живые машины
Пришейте мне новые уши...
Боги и демоны
Искусственные миры
(только off-line)
Выжить на краю бездны
Цена спасения
После Бога

3.Сколько полюсов у мира?
Разделенное человечество
Интересы и идеалы
Конец стабильности и "век капитализма"
Виртуальная политика
(только off-line)
Подъем или спад?
Свет с Востока или "желтая опасность"?
Учить ли китайский?
Усталые тигры
Закат Запада
Прощание с Европой
Америка – латинская?
Горячие точки
Беспокойный век
Неустойчивая Европа
Исламский фактор
Пылающий континент
Заледенелый конфликт
Бесконечная война
Время боевиков
Битвы за мировое господство
Чем воевать?
Война как шоу и игра
Мишура повседневности
Мир—город
Иероглифы мысли
Этот ненужный космос
Оторваться от Земли
Пыльные тропинки

Вероятное и невероятное
Немного мужества и удачи
Будущее – это кошмар
"Все просто замечательно!"
"Кое-как справляемся..."
Приложение
Вехи грядущего века

Заключение


Закат Запада в СЛОВОСФЕРЕ:
  • Герземанн О.
    Ковбойский капитализм. Европейские мифы и американская реальность.

    – М.: ИРИСЭН, 2006.
  • Курлански М. 1968. Год, который потряс мир. - М.: АСТ: АСТ МОСКВА; Владимир: ВКТ, 2008.
  • Лоув Р. Последний ребенок в лесу. - М.: Добрая книга, 2007.
  • Фаллачи О. Ярость и гордость. – М.: Вагриус, 2004.
  • Хабермас Ю. Расколотый Запад - М.: Весь мир, 2008.
  • Хомский Н. Гегемония или борьба за выживание: стремление США к мировому господству. - М.: Столица-Принт, 2007.
  • Европейская цивилизация
  • Европа и Россия
  • Ислам в Европе
  • Сепаратизм в Европе
  • Национализм в Европе
  • История Андалузии

  • Примечания

    1. Известия, 20.10.2003




    Rambler's Top100

    Закат Запада

    А как прекрасен был тот Запад величавый!
    Алексей Хомяков

    Прощание с Европой

    Европа уходит. На протяжении последних пяти столетий мир формировался под влиянием европейской культуры, европейских идей и выходцев из Европы. Но вот Европа исчезает, растворяется в этом созданном ею же мире.

    Это почувствовали еще сто лет назад. Если весь мир превратится в Европу, что останется от европейской цивилизации? И что вообще такое эта европейская цивилизация? Относится ли, например, к ней Россия или Австралия? Во многих серьезных работах говорится о западной, западно-христианской или иудео-христианской цивилизации, но никак не о европейской. Может быть, Европа слишком многообразна: давно подмечено, что и в Западной Европе есть есть свой Запад и свой Восток...


    На первый взгляд, судьба Европы на рубеже XXI века складывается благоприятно. Здесь формируется одна из сильнейших экономик мира, на глазах возникает единое государство – пресловутые Соединенные Штаты Европы – которое стремительно расширяет свои границы. В единую Европу просится Турция, европейские нормы примеривает на себя Закавказье, да и Россия, при всей своей «евроазиатскости» время от времени не прочь, чтобы ее всю, вплоть до Камчатки и Чукотки, признали Европой.

    Свободное перемещение людей: за и против

    В Европу стремятся не только страны, но и люди. Толпы туристов из Японии, Австралии и США едут сюда – с искренним желанием приобщиться к колыбели современной цивилизации. Сюда стремятся из Нигерии и Заира, Афганистана и Китая, Индии, Латинской Америки, России и всего арабского мира – не для того, чтобы отдать дань уважения минувшим эпохам, а чтобы наконец зажить по-человечески, почувствовать себя европейцами.

    Европейская цивилизация захлестывает мир, но может статься, что мир захлестнет Европу раньше. В этом смысле, Европа вновь впереди всех – процессы, которые происходят там сегодня и будет происходить в ближайшие 10 – 20 лет, -- планета будет переживать в течение всего XXI века, а может быть и дольше. Старые европейские государства растворяются в новой глобальной мозаике, скрепленной наднациональными структурами – не то торговыми республиками, не то новыми империями. В конечном счете, каждый уголок планеты превратится в мир в миниатюре, но Европе предстоит первой испытать это на себе.

    Пока же европейцы испытывают синдром Римской империи. Варвары поглотили ее не столько военным натиском, сколько своей многочисленностью. Привлеченные ее блеском, они просили разрешения поселиться в ее пределах и даже присягали на верность императору... В какой-то момент их стало слишком много. Они говорили на своих языках, придерживались своих верований и действовали ради собственной выгоды, защищая интересы империи лишь когда им было это выгодно. Они не желали выступать против своих сородичей за пределами империи и подбивали римские власти к действиям против своих врагов. Они сводили между собой счеты, перехватывали торговлю, выбивали себе привилегии, не хотели подчиняться римским законам... Когда римские власти выступали против такого своеволия, варвары поднимали мятежи или организовывали набег из-за границы. И так век за веком.

    Многим кажется, что и сейчас происходит нечто подобное. Политкорректность и уважение к правам человека обязывает европейцев и принимать беженцев, в том числе и тех, кто просто стремится к лучшей жизни. Но «новые европейцы» не хотят жить по образу и подобию коренных жителей. Они стремятся воссоздать в Европе свой привычный мир, только лучше обеспеченный материально – маленький Стамбул, Бомбей или Марракеш, а то и Рязань какую-нибудь... С одной стороны, им так легче, с другой стороны, европейцы, несмотря на все рассуждения интеллектуалов о мультикультурализме и правах меньшинств, отнюдь не готовы согласиться с существованием на своей территории островов чужих цивилизаций. Правые партии, выступающие против «засилья иностранцев», против более глубокой экономической и политической интеграции, набирают очки в тихой и стабильной Центральной Европе.

    Но камень точит даже капля, а здесь – могучий поток, который с каждым годом все возрастает. Точных сведений о количестве мигрантов нет, поскольку среди них много нелегалов. Интенсивность этого потока зависит, главным образом, от двух обстоятельств – насколько стабильным будет положение в соседних с Европой странах и какова будет ситуация в самой Европе.

    Перемены на этно-конфессиональной карте Европы

    Главный долгосрочный эффект этого процесса заключается в постепенном изменении этнической карты Европы. Коренное население европейских стран неуклонно сокращается и стареет (за исключением, может быть, некоторых восточноевропейских стран). К середине следующего века число некоренных жителей в некоторых станах может достичь 10 процентов, причем в основном за их счет будет происходить омоложение населения. Административные барьеры, конечно, могут сыграть свою роль, но вряд ли их появление будет с восторгом встречено мировым сообществом – пока еще многим нравится идея нового глобального мира. В основном в Европу будут приезжать жители Северной Африки, но не исключено, что вступление в Европейский Союз Турции откроет дверь и для обитателей Ближнего Востока и Закавказья.

    Лет десять назад в арабских странах в шутку говорили, что через несколько лет столицей мусульманского мира станет Париж – как некогда Багдад или Каир. В каждой шутке, как известно, лишь доля шутки... Процесс «исламизации» Западной Европы идет довольно активно, и власти Франции, Испании и Германии – стран, куда направляется основная масса эмигрантов из мусульманского мира – все чаще задумываются, могут ли они противостоять этому явлению, не нарушая права человека.

    Это чувство уязвимости поддерживают две, казалось бы, неотъемлемые черты современного исламизма: активное неприятие западной (христианской) цивилизации, основанной на приоритете прав человека и терроризм или, по крайней мере, покровительство терроризму. Во всяком случае, таким хотят показать ислам «цивилизованному миру». Вроде бы к этому есть основания. Мусульмане, поселившись в Европе или в России, не желают жить по образу и подобию «европейцев», а продолжают вести себя согласно своим обычаям. Они не желают принимать ценности европейской цивилизации, но активно ведут свою проповедь. Европа – и Западная, и Восточная – не в состоянии противопоставить этой проповеди ничего путного, разве что не слушать ее. Теологический спор с христианством мусульмане раз и навсегда решили в свою пользу еще во времена Мухаммеда, признав Иисуса одним из своих пророков. Он просто, как когда-то писали в советских учебниках о великих умах прошлого, «не оценил всего значения» того, что сам проповедовал. Для мусульман Иисус – всего лишь очень уважаемый человек, но никак не Бог, потому что нет Бога, кроме Аллаха, а Мухаммед пророк его. Как только вы искренне соглашаетесь с этим положением, вы принимаете ислам. Рациональный европеец пасует перед этой безупречной логикой, сочетающейся с совершенно иррациональным самопожертвованием во имя истинной веры.

    Со своим уставом - в чужой монастырь

    А пока в Европе строятся новые мечети. Больше всего их в Германии, Франции и Испании. В Испании, например, они во множестве появились после 1990 г. на юге страны, на великом пути эмигрантов из Северной Африки в обетованную Европу. Их десятки тысяч, и все они надеются найти работу и достойную жизнь. Они не стремятся стать европейцами – напротив, они несут с собой свои идеалы, и отнюдь не безуспешно пытаются их распространять. В последние годы число обращенных в ислам французов и испанцев неуклонно растет. Они принимают мусульманские имена. Как правило, эти юсуфы гонсалесы или абдуррахимы мартинесы принадлежат к не слишком образованным и консервативно настроенным слоям общества. Хотя в абсолютном выражении количество испанских мусульман невелико, само их существование имеет для Испании – и для Европы в целом – символическое значение, ибо являет собой живое доказательство жизнеспособности ислама в европейской и католической стране. По данным Национального информационного агентства Испании, министерство юстиции официально зарегистрировало в этой стране около 200 мусульманских ассоциаций. Некоторые из них связаны с Саудовской Аравией и странами Персидского залива, другие – с такими странами, как Иран, Пакистан или Ливия. В основном, конечно, их членами становятся не коренные испанцы, а постоянно проживающие в Испании жители Марокко и других стран Северной Африки. Пока власти стараются не замечать эту проблему, ибо до последнего времени Испания была транзитной страной для иммигрантов, стремящихся во Францию или Германию. Но теперь они все чаще оседают здесь надолго, и некоторым политикам уже рисуется «Арабская Южная Европа» – то, чего арабы не смогли добиться в средние века военной силы, они вполне смогут осилить сейчас, потихоньку переселяясь в стареющую Европу. Другие, напротив, надеются на новый культурный синтез, подобный тому, что привел восемьсот лет назад к появлению цветущей культуры Андалузии.

    Сходным образом развивается ситуация и во Франции. Как сообщает газета "Известия", сегодня в этой стране проживают около 5 млн. выходцев из мусульманских стран, действует 5 соборных и более 1600 обычных мечетей. Ислам приняли около 50 тысяч коренных французов.1

    Но пока главным и, увы, почти неизбежным эффектом «исламизации» становятся успехи правых и крайне правых партий даже в странах с прочными демократическими традициями, таких, как Австрия. Пока им еще ни разу не удалось прийти к власти, но есть реальная угроза появления в центре Европы крайне националистических, «закрытых» для внешнего мира государств (или автономных образований, если европейская интеграция будет углубляться), в которых к любым иностранцам будут относиться с такой же благосклонностью как к «кавказцам» в современной Москве.

    В отличие от России, в Западной Европе нет опыта мирного сосуществования ислама и христианства. Отделенная от исламской цивилизации Средиземным морем, Европа выступала непримиримым противником сначала арабского мира, а потом – Османской империи. (Дипломатические маневры XIX столетия – скорее исключение). В свою очередь, арабский Халифат, а потом Османская империя долгие столетия вели отнюдь не безуспешные завоевательные войны в Европе. Взаимное непонимание и недоверие укоренились очень прочно. Ирония истории в том, что в XVI веке европейские страны казались арабам нищими, отсталыми и непросвещенными. Лев Африканский (Хассан ибн Мухаммед ал-Ваззан) в своем описании Африки вовсе не случайно уделяет столько внимания благоустройству арабских городов, в частности, общественным туалетам, баням и больницам – труд свой он писал на итальянском языке в расчете на европейцев, и хорошо знал, чем поразить воображение читателей. В самом деле, жители марокканского города Фес в то время жили в двух- трех-этажных домах с бассейнами и сливной канализацией, в городе были общественные больницы и около ста бань.


    "Андалузское наследие"

    И все же в последние годы в южной Европе все чаще вспоминают об «Андалузском наследии» – длительном периоде существования мусульманского государства на Пиренейском полуострове. Ислам здесь отличался явно «западническими» чертами: мыслителей стран Магриба куда больше увлекало право, а не мистика. Не случайно величайший мистик Ибн Араби вынужден был закончить свои дни в изгнании в Дамаске.

    В Андалузии вместе жили арабы (в войске которых были люди едва ли не со всей Северной Африки, Аравии, Палестины и Сирии), евреи, местные христиане. Это дало настолько богатую культуру, что многие ее достижения смогли оценить лишь в XIX и XX веке. Аверроэс, отец материалистического понимания истории и один из основателей социологии ибн Халдун, теоретик исламского права аль-Шатиби – все они жили здесь, и взгляды их, пусть опосредованно, оказали влияние на формирование европейской цивилизации.

    Кончилось все войной – опыт сосуществования оказался неудачным. Может быть, то, что происходит теперь и продолжится в следующем веке - вторая попытка. В любом случае, исламизация Европы прекратится лишь в случае серьезного конфликта Европейского Союза с мусульманским миром или глубокого экономического кризиса – в последнем случае поток эмигрантов из Северной Африки устремится в каком-то другом направлении. Однако в течение ближайших 10 – 15 лет ничего подобного ожидать не приходится. Даже если в европейской экономике начнется спад, все равно разница в уровне жизни между северным и южным побережьем Средиземного моря останется огромной.

    Жажда независимости

    Еще одна беда – повсеместное стремление к автономии. По всей Европе уже действует множество групп, стремящихся к если не к полной независимости, то хотя бы к автономии своего народа или территории. Каталонцы – за свободную Каталонию. Баски давно бьются за независимость. В Бельгии фламандцы жаждут отделиться от валлонов. Чехи уже отделились от словаков, а вся Восточная Европа не желает терпеть цыган – особенно остро эта проблема стоит в Чехии и Румынии. Ломбардия и некоторые другие провинции Северной Италии добиваются самостоятельности... А есть еще Балканский полуостров и Восточная Европа... Во Франции многие десятилетия действуют организации, выступающие за независимость Бретани и Корсики. «Скоазел врез» («Бретонская помощь») появилась в 1969 г., чтобы оказывать помощь борцам с французским государством – в том числе и осужденным террористам. С 1971 г. существует Революционная армия Бретани, которой оказывает поддержку баскская военная организация «Эрри Батасуна». В Британии центральные власти вынуждены все больше считаться с валлийскими и шотландскими националистами. Таким образом, национальная государственность размывается в современной Европе и сверху, на уровне Европейского Союза и транснациональных корпораций, и снизу, на уровне автономистских групп. Этот процесс вызывает ярость всевозможных националистов, выступающих за «этнически чистые» национальные государства и против склонных к космополитизму «пан-европейцев», отмечает Тоффлер. При этом доля голосов, которые избиратели отдают радикальным националистическим партиям, постепенно возрастает. Даже самые благополучные страны, такие, как Австрия, не застрахованы от прихода к власти местных национал-патриотов, которые готовы выгнать из страны буквально всех «нежелательных иностранцев», то есть потенциальных иммигрантов из Восточной Европы и мусульманских стран.



    НАЧАЛО
    ©Петр Дейниченко, 2000, 2003, 2009