СЛОВОСФЕРА: книги


[Все книги]
[Главная]
[Новости]
[Тексты и вокруг: блог]






Rambler's Top100

Летопись явного учения

Игнатьев А., Марочкин В. Хроноскоп русского рока. М.: Общественные коммуникации, 2005. 560 стр. 3000 экз. (п) ISBN 5-9900566-1-3

Эту книгу «можно использовать для моделирования собственной биографии», - замечают авторы. И действительно, всякий непременно начинает читать «Хроноскоп» со «своего» года, с того момента, когда сам был приобщен к таинству рока. Да, рок-музыка в СССР выглядела тайным учением. Адепты владели священными текстами, которые самым причудливым образом распространялись по стране, и посвященные узнавали друг друга в самых неожиданных местах – от коридоров аппарата ЦК КПСС до стройбатовской казармы на берегу Белого моря. А уж русский рок (точнее сказать, сделанный в СССР) и вовсе был неотъемлемой частью потаенной культуры страны, музыкантов подвергали преследованиям и гонениям.

Такова легенда, которую безжалостно развенчивает «Хроноскоп». Безжалостно – потому что бесстрастно. Против легенды работает сама концепция книги. Авторы формулируют ее ужасно академически: «Хроноскоп – это такая Книга перемен, использующая в качестве базового материала вполне определенный класс событий». А книгу Перемен можно писать на любом материале – описывая ли погоду или царствующие династии.

Как бы то ни было, перед нами вовсе не энциклопедия, призванная включить как можно больше материала. Пожалуй, социолог Андрей Игнатьев и музыкальный критик Владимир Марочкин написали традиционную русскую летопись, на страницах которой всегда соединялись сиюминутная политика и личные пристрастия летописца, урожай на монастырских полях и события, случившиеся за тридевять земель, события истории частной, мировой и священной. При таком взгляде история русского рока оказывается отнюдь не уникальной; напротив, она прочно вписана в канву мировой истории XX века, оказывается неотъемлемой ее частью. Стоит углубится в книгу, и первоначальное удивление, вызванное датой «1953 год» - в самом деле, какой рок в 1953 году? даже в Америке? – отступает. Начать с того, что рок-н-ролл старше. В 1953 термину было уже лет 20, а подобную музыку уже лет десять как играли. Просто в 1953 ею увлеклись подростки по обе стороны Атлантики. «Чак Берри просто переаранжировал фортепьянный стиль буги-вуги для солирующей гитары с ритм-секцией». Алан Фрид придумал “Rock-n’Roll Show”. А Элвис Пресли впервые появился на студии “Sun Records”… А были еще Билл Хэйли, Карл Перкинс… Какое все это имеет отношение к СССР?

Авторы исходят из простого, но довольно необычного для современного состояния умов предположения: «В реальности Советский Союз никогда не был страной, изолированной от всего мира. Мы участвовали во Второй мировой войне в составе так называемой антигитлеровской коалиции, и участвовали не символически. Потом Советский Союз стал частью Европы, потому что в каждом доме, куда вернулся с войны мужчина, были немецкие столовые ножи, немецкие столовые приборы, немецкие занавески и радиоприемники. И в каждом доме звучали немецкие и американские диски».

Положим, это некоторое преувеличение – несколькими строками ниже директор Единого научно-методического центра Комитета по культуре правительства Москвы Владимир Сергеев вспоминает: «Вообще-то, это редкость была, трофейные-то пластинки. А также иглы патефонные. Отцы, выжившие на войне, возвращались домой и привозили с собой в качестве трофеев часы, баян или аккордеон и патефон с пластинками»… Первая часть книги, «50-е» - это фактически параллельная история массовой культуры в США и в СССР – и сколько же обнаруживается сходства!

Следить за развитием этой параллельной истории чрезвычайно интересно – до тех пор, пока авторы не начинают ее объяснять. Лежащая в основании всей книги теория циклической смены элит (отчасти восходящая к знаменитому «методу поколений» Ортеги-и-Гассета) выглядит уязвимой, особенно применительно к истории музыки. Уязвимость - прежде всего в стойкой приверженности авторов к «нумерологической» стороне дела. «Каждая новая элита (элитой авторы называют «людей, которые задают образец» - П.Д.) осуществляет достаточно энергичное влияние на протяжении 8 лет. Причем на протяжении первых 4 лет ее влияние нарастает, а на протяжении последующих 4 лет – падает. Еще на протяжении 4 лет это влияние носит номинальный характер, то есть статуса этой элиты никто не оспаривает, но если эта элита захочет что-то поменять, то у нее уже ничего не получится». Скажите об этом президенту. В общем, конечно, все так, но, боже, зачем же конкретные цифры? Как вычисляли сроки? По китайскому календарю? «Между Годом Дракона и Годом Змеи наступает истощение элиты…» - господа, не смешите публику; китайский календарь давно не работает даже в Китае. Слишком много вопросов остается за кадром. Что такое «поколение»? С какой стати одни образцы принимаются, а другие - нет? Что первично – рок-н-ролл или Элвис?

Рок-н-ролл, конечно же, рок-н-ролл! Какими бы теоретическими суждениями не обрамлялись труды о рок-музыке, теория слишком суха по сравнению с тем драйвом, которым пропитан фактический материал. А в нем сплетены в единую ткань и большая политика, и связи рок-музыки и «официальной» советской эстрады, КГБ и теневого бизнеса, социальная и культурная история страны – все то, что никогда не хотели замечать ревнители чистоты русского рока.

Глядите: 1964 – первые хиппи в Сан-Франциско; оптимизм, с которым встретили снятие Хрущева (да, брежневская эпоха поначалу была куда либеральнее); Боб Дилан – кумир американской молодежи; в Липецкой филармонии создан ансамбль «Электрон», бас-гитара – из пенопласта; первая ритм-энд-блюзовая группа «Сокол»… Отцы музыкантов – командующий ПВО, главный редактор журнала «Коммунист». Тесть клавишника Славы Черныша – председатель КГБ Семичастный, менеджер – Юрий Айзеншпис…

Таких историй под каждым годом десятки. Но вот парадокс – чем ближе к дням сегодняшним, тем все скучнее и скучнее. В 1953 рок-н-ролл казался смешной модной нелепостью, в 1963 – стал хорошим бизнесом, в 1973 – индустрией. В 2003 мировой музыкальный бизнес – мегамонстр, душащий на корню все новации, покушающийся на частную жизнь, определяющий большую политику… Герои рок-н-ролла постарели, драйв перешел к новому поколению – и мы до сих пор не можем понять, что же оно выбирает. Хотя - «в 2004 году вдруг начался новый ритм, в интонациях людей, которые поют и играют, вновь появился драйв и свинг, а это означает, что время перемен достаточно близко». Полоса невнятицы закончилась, верят авторы…

Читать параллельно с парфеновскими томами - и непременно под соответствующую музыку