СЛОВОСФЕРА: книги


[Все книги]
[Главная]
[Новости]
[Тексты и вокруг: блог]




Эксперименты со временем в СЛОВОСФЕРЕ:
  • Данн Д. У.
    Эксперимент со временем.

    - М.: Аграф, 2000.
  • Лебедев Ю.А.
    Неоднозначное мироздание.

    - Кострома, 2000.
  • Томас Лер
  • Rambler's Top100

    Эксперимент со временем

    Лер Т. 42 / Пер. с нем. А. Чередниченко. М.: Эксмо, 2007. – 448 с. 4000 экз. (п) (Книга, о которой говорят) ISBN 5-699-20228-5

    Нынче писатели ужасно любят маскироваться. Не как хамелеоны, а как хищники. Прикинутся бревном или кочкой, зазевавшийся читатель только присядет отдохнуть – а тут они – хвать! И некуда бежать.

    Вот и Томас Лер таков. Немецкий писатель с удовольствием и большим тщанием замаскировал психологическую драму, довольно-таки немудреную, под крутую научную фантастику. Все как подобает: уникальный физический эксперимент (да-да, как бы на коллайдере), физики в белых халатах говорят о непонятном и о научной этике, неясные непосвященным формулы разбросаны в тексте; последствия эксперимента катастрофичны – то ли для всей Вселенной, то ли для нескольких десятков человек.

    Эти люди – ученые и журналисты, которые оказались в результате эксперимента в мире застывшего времени. Им не дано узнать, остановилось ли время, или сами они претерпели какие-то изменения. Они видят лишь, что само их пребывание в этом странном мире (или в странном состоянии) ведет ко все более неприятным последствиям (тут заметна перекличка с кинговскими пожирателями вчерашнего дня). Фантаст бы писал как раз об этом – но Томаса Лера занимает не физический, но психологический смысл катастрофы.

    Если катастрофа вообще имела места в реальности. Блаженный Августин больше полутора тысяч лет назад заметил, что время мы переживаем в собственной душе; да и само представление времени как о потоке – довольно позднее. Современному человеку застывшее время кажется кошмаром – но еще в средние века и вплоть до Нового времени кошмаром казалось страшное механическое движение часов, неумолимо отсчитывающих время. И до сих пор кажется – стоит нам это вдруг почувствовать это мерное движение. И тогда страшно хочется, чтобы мир замер.

    Герои книги, поднявшись на поверхность земли после экскурсии к детектору ДЕЛФИ в Центре Европейских ядерных исследований, оказываются в страшном сне. «А чем еще может быть превращение летнего дня в лед, моментальное, без снега и изморози, когда замороженные люди сохраняют тепло, а те, кто поначалу казались счастливо уцелевшими избранниками, впадают в панику и умирают один за другим?» Впрочем, паника скоро прекратилась – и уцелевшие стали приспосабливаться к миру, навсегда застывшему в миг, когда в ЦЕРНе было 12 часов 47 минут 42 секунды. Каждый – словно в небольшом пузыре, позволяющем жить, но не позволяющем «завести» чужое время. Все живые существа – теплые манекены, застывшие в тех позах, в которых их застала катастрофа. Чайка в полете, человек в прыжке, вода, льющаяся из бутылки… Их можно перемещать, менять положения предметов и позы людей – но вернуть их в поток времени невозможно. Ничто не живет, не умирает, не движется, не портится… Солнце навсегда застыло в небе. Один плюс – еда тоже не портится и даже не остывает. Для семидесяти человек даже изысканных блюд на столах ресторанов Европы хватит на годы… Они путешествуют по Европе, пытаясь понять, что же произошло, и поначалу книга кажется добротным романом-катастрофой. Но очень скоро становится ясно, что и с самими героями что-то не так – они такие же застывшие манекены, время в них тоже умерло, и им не остается ничего, кроме медленной смерти. «Шок. Ориентирование. Надругательство. Депрессия. Фанатизм. Вот они, ступени нашей дегенерации», - замечает главный герой, бывший журналист Адриан Хаффнер, и таковы названия частей книги. Итогом странствия героев становится попытка взломать сковавший мир лед безвременья, попытка, обернувшаяся странной неудачей. «Место почти не изменилось, но ты там больше никому не нужен по вине мелкого коварства алхимика Время. Он проклял тебя, высадив на остров, который в следующую секунду поглотит пучина времени – утомительное, неутомимое кораблекрушение на берегу все нового и нового настоящего».

    Томас Лер написал притчу о бессмысленности жизни. Очень европейскую. Дайте людям сытость и уверенность в завтрашнем дне - и вы отнимете у них прошлое и будущее. «Не пресыщенность, нет, но сытость, такое, если угодно, швейцарское чувство, когда все может и продолжаться, и закончиться, но наличие и отсутствие меня ничего не изменит в общей картине. Все останется как на фотографии…» На часах мира всегда будет 12:47:42. Эти 42 – «для любого, кто владеет японским, звучит очень зловеще, точно так же читаются иероглифы «смерть», «умирание»».