СЛОВОСФЕРА: книги


[Все книги]
[Главная]
[Новости]
[Тексты и вокруг: блог]



Обложка1



  • Сайт Джеймса Балларда
  • Произведения Балларда
  • О романе "Бетонный остров"
  • Даниэль Дефо
  • Даниэль Дефо. Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо [Ru] [En]
  • Вильям Шекспир. Буря [Ru] [En]

Rambler's Top100

Точная модель головы

Баллард Дж.Г. Бетонный остров. - М.: ЭКСМО, 2003. - 176 с., 4100 экз. ISBN 5-699-02195-7

«Бетонный остров» - книга, сбивающая с толку даже поклонников писателя. На фоне баллардовской классики она выделяется исключительной ясностью, той ясностью, что застит читателю глаза.

Изощренная игра начинается уже с «Введения», смахивающего на заметку из глянцевого журнала: «каждому горожанину знаком неистребимый подсознательный страх оказаться в случае аварии электросети заточенным в туннеле метро», «...проверить на прочность свои сильные и слабые стороны...», «как продержаться до прибытия помощи», «как поджечь свой автомобиль, когда в этом возникнет необходимость»... Все этаким суконным языком (тут и переводчик, понятное дело, руку приложил - но и в оригинале это прямо-таки «протокольная» проза), языком инструкций и команд...

Программирование уже в первых главах достигает максимальной эффективности. Все главы очень короткие, названия бьют наотмашь: «через барьер», «откос», «травма и изнеможение», «резервуар с водой», «ограда по периметру»... Издатели обошлись в оглавлении без заглавных букв и были совершенно правы: читать это следует подряд, каждое название - модификатор восприятия, грубая настройка, после которой следует уже тонкая «доводка»... Баллард отлично знает, на какие «кнопочки» в вашей душе нажимать, чтобы выстроить сеть, из которой вы уже не вырветесь. Собственно, у вас есть только один шанс не оказаться в этом кошмаре - отбросить книгу сразу после введения. Но оно обманчиво - вам кажется, что сейчас расскажут еще одну крутую историю о Выживании, о том, как обычный - но на самом-то деле крутой - парень выбрался из всех передряг.

Эффект поразительный - достаточно сказать, что половина рецензий и аннотаций на книгу начинается словами: «Роберт Мейтланд, превысив скорость, вылетает с трассы...» И дальше - про гонку как метафору жизни, гнал-гнал - и съехал на обочину, оказался в плену собственных творений (герой - архитектор, оказавшийся на пустыре в окружении бетонных автотрасс), и дальше - про чувство ответственности, буржуазную действительность, отчуждение, дегуманизацию, человек человеку - волк... Удивительно, в общем, что в советские времена Балларда не издавали массовыми тиражами. Однако не издавали - чутье у цензоров было на высоте.

Авторы этих рецензий - добыча сюрреалиста и дегуманизатора Балларда, который с первых, самых протокольных строк, завладел их умами и вертит ими, как хочет. Герой сам виноват? Как бы не так: «когда ‘ягуар’ уже миновал знак ограничения скорости... у него лопнула левая передняя покрышка».

То есть, рок. Собственно, этот начальный эпизод - одно из немногих свидетельств вмешательства рассказчика-Балларда в историю. В остальном история Роберта Мейтланда, хотя повествование идет от третьего лица, рассказана с точки зрения Мейтланда. Это ему кажется, что он превысил скорость, это он видит себя оторванным от человечества, это для него островок безопасности между автострадами становится «точной моделью головы».

А из собственной головы выхода нет. Баллард методично трансплантирует кошмар Мейтланда в голову читателей - и мы верим, что с «бетонного острова» нельзя уйти, верим, что он - новый Робинзон, и на его острове есть туземцы - пусть женщина Джейн и слабоумный Проктор смахивают на бомжей...

Внешне объективное повествование мешает заметить, как «плывут» пространство и время - пустырь «протяженностью ярдов двести» (около 180 метров) вмещает чуть не руины целого квартала, снесенного много лет назад, женщина, живущая на «острове» спокойно уходит и возвращается, а руины кинотеатра кажутся чуть ли не машиной времени... И еще эта вездесущая, словно живая, трава, которая за сутки вырастает так, что машина в ней еле заметна...

Баллард все же оставляет нам право выбора - считать ли всю эту историю погружением во «внутреннее пространство» больного сознания или некой проекцией реальности, пусть искаженной травмой. В конце концов, мы вправе допустить - и намек на это есть в тексте - что Мейтланд просто придумал себе эти ужасы. Всякий житель мегаполиса иной раз воображает себе, как было бы, если бы он остался один в этом чертовом городе. Вот Мейтланд и остался один - наедине со своими детскими кошмарами и смутными воспоминаниями о Робинзоне.

Вообще, хотя некоторые критики видят в «Бетонном острове» аллюзии к шекспировской «Буре», перекличка с Даниэлем Дефо куда занятнее. Похоже, Баллард совершенно сознательно пересказывает старую историю на новый лад. «Протокольное» описание катастрофы (у Дефо тоже все с точностью до градусов и минут), параллельность и пародийность эпизодов (у Робинзона есть ром, у Мейтланда - бургундское; и Мейтланд, и Робинзон до начала своих приключений живут среди людей, словно на острове; как Робинзон бродит по берегу, тщетно вздымая руки, так и оборванный и грязный Мейтланд протягивает руки к проносящимся автомобилям), наконец, «Робинзон» есть гимн ценностям среднего класса, в «Бетонном острове» они - с точки зрения героя - обращаются в пыль.

«Человек среднего состояния проходит свой жизненный путь тихо и гладко... - пишет Дефо. - Окруженный довольством, легко и незаметно скользит он к могиле, рассудительно вкушая сладости жизни без примеси горечи, чувствуя себя счастливым и научаясь каждодневным опытом понимать это все яснее и глубже».

Пока в один апрельский день у его машины не лопается покрышка...

P.S. Новый роман Балларда «Millenium People» - о Великом отказе среднего класса от всего, что было предметом мечтаний многих поколений. Сжечь книги, выбросить деньги, забыть автомобили - к черту цивилизацию. Грядет революция умов... но ведь Баллард, как всегда, выворачивает все наизнанку...