СЛОВОСФЕРА: книги


[Все книги]
[Главная]
[Новости]
[Тексты и вокруг: блог]



Обложка



Еще о политике:
книги




Rambler's Top100

Антикоммунистический манифест

Рэнд А. Апология капитализма. М.: Новое литературное обозрение, 2003. - 360 с. 4000 экз.
ISBN 5-86793-229-X

Айн Рэнд трудно читать — ее проще ненавидеть. Вы легко возненавидите ее, если считаете себя левым, правым, центристом, коммунистом, социалистом, социал-демократом, фашистом, демократом или либерал-демократом, анархистом, этатистом, монархистом, консерватором, реакционером, революционером, прогрессистом, ницшеанцем, марксистом, марксистом-ленинцем, кантианцем, христианином, иудеем, мусульманином, фундаменталистом, православным, католиком, протестантом, эстетом, альтруистом, ... да впрочем, даже у наших аграриев найдется повод возненавидеть Айн Рэнд.

Айн Рэнд

Понять же ее способны лишь такие редкие существа, как радикальные правые либералы. Их всегда-то было немного, а нынче они почти вымерли. О, настоящий правый либерал - это вам не Немцов с Хакамадой, и даже не неистовая Новодворская. Из предисловия явствует, что книгами Айн Рэнд восхищается советник президента по экономике Андрей Илларионов — он даже рекомендовал почитать их президенту В.В.Путину...

Вот интересно, читал ли наш президент эссе «Большой бизнес — преследуемое меньшинство американского общества» (1962)? И какие чувства испытывал? Там ведь вот что написано: «Если вас волнует справедливое отношение к меньшинствам, помните, что бизнесмены - небольшое меньшинство, очень небольшое по сравнению со всеми бескультурными ордами нашей планеты. Помните, сколь многим вы обязаны этому меньшинству — и какому позорному преследованию оно подвергается... При диктатуре такая категория, как бизнесмены, отсутствует. Их место занимают вооруженные бандиты — чиновники и комиссары. Бизнесмены — символ свободного общества... Если они погибнут, в тот миг, когда они погибнут, с ними погибнет цивилизация».

Разве не в современной России «...бизнесмен должен жить под дамокловым мечом внезапной, непредсказуемой катастрофы, под риском потерять все имущество или быть приговоренным к тюремному заключению; его карьера, репутация, собственность, капитал, труды всей его жизни отдаются на милость любого амбициозного молодого чиновника, который по любой причине, будь то интересы общества или что-то личное, властен возбудить против бизнесмена дело»? Нет — не в России. В любой стране, приверженной «общему благу», бизнесмены — всего лишь гонимое меньшинство…

Стиль Рэнд блестящ и афористичен. О правах человека: «Пока люди вопят об экономических правах, идея политических прав куда-то исчезает»... О государстве: «Вместо того чтобы защищать людей от прихоти ближних, государство присваивает себе право на прихоть». Об этатизме: «Любая форма этатизма — социализм, коммунизм, фашизм, — уничтожает создателя капиталов... а паразиты становятся привилегированной элитой»... О расизме: «Расизм — это самая низкая, самая грубая и примитивная форма коллективизма»...

Все эссе - словно из сегодняшней (и даже завтрашней) газеты. Но написаны они сорок лет назад. За это время много воды утекло — не стало Советского Союза, из которого Айн Рэнд — тогда еще просто дочь аптекаря Алиса Розенбаум — бежала в 1926 году и в котором ее книги, наверно, даже в спецхран не брали — такой ненавистью к коммунизму и советскому строю веет от них.

Мы проходим ускоренный курс социальной истории, и сегодня - примерно на том этапе, на котором США были в середине 1960-х. Премерзкое было времечко. Только что убили президента Кеннеди, еле спасшего страну от полномасштабной ядерной войны с СССР. Сколько было советчиков вдарить — а там хоть трава не расти! Юг США пылал — там фактически разгоралась расовая война. Война разгоралась и во Вьетнаме — хотя пока там сражался «ограниченный контингент». В индустриальных центрах страны закрывались заводы — нужна была новая промышленная политика. Интеллектуалы бредили социализмом в духе Троцкого и председателя Мао, уже гремел рок-н-ролл, и молодежь больше всего хотела плюнуть в лицо старомодным предкам... Обратите внимание, что Рэнд упоминает как раз молодого чиновника...

Выход, с точки зрения Рэнд, один — следовать объективистской теории ценностей, единственной этической теории, несовместимой с властью силы, на которую, согласно Рэнд, неявно опирается капитализм. Эта теория отрицает понятие «общего блага», ключевого практически для всех политических теорий XIX-XX веков. Отрицает, потому что под «общим благом» молчаливо понимают «благо большинства», и стоит человеку принять идею о том, что людей можно осчастливить, то ему лишь один шаг останется о того, чтобы оправдать любые преступления во имя высшего блага.

Рэнд предлагает признать очевидное: люди не равны. Пусть каждый делает свое дело и продает плоды своего труда на свободном рынке. Несправедливо? Способности у всех разные? «Живя в разумно устроенном обществе, где люди свободны торговать и обмениваться, вы получаете бесценный бонус; материальная стоимость вашего труда складывается не только из ваших усилий, но и из усилий лучших умов... Человек, стоящий на вершине интеллектуальной пирамиды, дает больше всех тем, кто находится ниже его, а взамен не получает ничего, кроме материального вознаграждения».

Ах, если люди были равны в нравственном отношении, чистый свободный рынок Айн Рэнд работал бы как часы... Но люди не равны… И всегда найдется кто-то, кто захочет потянуть одеяло на себя. И тогда приходят теоретики общественного блага, государственники, апологеты политкорректности, соборности – в надежде заставить людей нравственно усовершенствоваться, чтобы те могли, не воруя, не убивая и не унижая ближнего, строить светлое будущее. Оно всегда оборачивается свою азиатской рожей — даже в самой Азии. И когда, казалось, все рухнуло, выходят на свет таившиеся где-то сторонники радикального либерализма с книжками Айн Рэнд… «Не мешайте!» — говорят они. — «Laissez-faire! Свободный рынок все исправит!»

©Петр Дейниченко
"Книжное обозрение", 2003